Chairman Arafat had repeatedly committed himself, most notably in his letter of 9 September 1993 to then Prime Minister Yitzhak Rabin, to a non-violent resolution of the conflict. |
Председатель Арафат неоднократно обещал, в частности в своем письме от 9 декабря 1993 года на имя тогдашнего премьер-министра Ицхака Рабина, что будет добиваться урегулирования конфликта, не прибегая к насилию. |
It is once again imperative to eliminate terrorism and replace it with policy, a fundamental principle to which Chairman Arafat committed himself when he signed the Oslo Accords. |
Вновь подчеркиваем настоятельную необходимость отказа от терроризма в интересах политики, этого основополагающего принципа, соблюдать который обязался Председатель Арафат, подписав Соглашения в Осло. |
Huge obstacles related to the various issues involved in achieving a definitive solution of the conflict were thus beginning to be lifted at the time Chairman Arafat chose to revert to violence and terrorism. |
Таким образом в тот период, когда Председатель Арафат вновь решил прибегнуть к насилию и терроризму, постепенно уже начали решаться различные вопросы, служащие огромным препятствием на пути обеспечения окончательного урегулирования этой ситуации. |
This is precisely what Chairman Arafat pledged to accomplish in September 1993 when he committed, in a watershed letter to the late Prime Minister Yitzhak Rabin, to renouncing the use of violence and terrorism and to settling all outstanding claims through negotiations. |
Именно это пообещал выполнить Председатель Арафат в сентябре 1993 года, когда он в историческом письме покойному премьер-министру Ицхаку Рабину взял на себя обязательство отказаться от насилия и терроризма и урегулировать все оставшиеся важнейшие вопросы путем переговоров. |
Despite his stated efforts to achieve a ceasefire, Chairman Arafat, in flagrant disregard for the will of the international community, has steadfastly refused to take any concrete measure that might prevent the next attack. |
Несмотря на якобы прилагаемые им усилия по обеспечению прекращения огня, Председатель Арафат, грубо игнорируя волю международного сообщества, упорно не желает принимать конкретных мер для предотвращения новых нападений. |
It is very largely due to his own personal efforts that President Clinton was able to announce on 17 October, at the end of the Sharm el-Sheikh summit, that Prime Minister Barak and Chairman Arafat had agreed on three basic objectives and steps to realize them. |
Во многом благодаря своим личным усилиям президент Клинтон смог объявить 17 октября по завершении встречи в Шарм-эш-Шейхе, что премьер-министр Барак и председатель Арафат достигли договоренности в отношении двух основных целей и шагов по их реализации. |
Arafat set the standard as to what is acceptable and what is not, and Abbas cannot allow himself the luxury of deviating from it. |
Арафат установил стандарты относительно того, что приемлемо, а что нет, и Аббас не может позволить себе роскошь от них отклониться. |
In this context, His Majesty King Hussein and His Excellency President Arafat expressed their support for the Egyptian-French initiative for the convening of an international conference of those countries that are determined to save the peace process. |
В этой связи Его Величество Король Хусейн и Его Превосходительство Президент Арафат заявили о своей поддержке египетско-французской инициативы по созыву международной конференции тех стран, которые преисполнены решимости спасти мирный процесс. |
Mrs. Arafat's accusations were rejected out of hand by the Civil Administration. (Ha'aretz, 25 December) |
Гражданская администрация категорически отвергла обвинения г-жи Арафат. ("Гаарец", 25 декабря) |
Since efforts have been underway to restart the peace process through the road map, Mr. Arafat has played a wholly destructive role at every step of the way. |
С самого начала усилий по возобновлению мирного процесса на основе плана «дорожная карта» г-н Арафат продолжает играть деструктивную роль на каждом этапе этого процесса. |
While Mr. Arafat is part of the problem, we believe that this problem is best solved through diplomatic isolation, and we have made that view clear. |
Хотя г-н Арафат составляет часть проблемы, мы полагаем, что эту проблему лучше всего разрешить путем дипломатической изоляции, и мы ясно заявили об этом. |
When Chairman Arafat made his historic commitment, enshrined in his letter of 9 September 1993 to the late Prime Minister Yitzhak Rabin, he showed no confusion as to what was considered terrorism. |
Когда Председатель Арафат выступил со своим историческим обязательством, закрепленным в его письме от 9 сентября 1993 года к покойному премьер-министру Ицхаку Рабину, он без обиняков говорил о терроризме. |
Mr. Arafat (Romania): It is likely that all of us gathered here today are deeply concerned that the global burden of non-communicable diseases continues to grow. |
Г-н Арафат Румыния) (говорит по-английски): Вполне вероятно, что все мы, собравшиеся сегодня здесь, глубоко обеспокоены тем, что глобальное бремя неинфекционных заболеваний продолжает расти. |
Until recently, President Arafat, living among his own people, was developing a dialogue with his former enemies that, while certainly difficult, was also useful. |
До последнего времени президент Арафат, находясь среди своего собственного народа, налаживал нити диалога со своими бывшими врагами - диалога, пусть, безусловно, трудного, но и полезного. |
President Arafat had taken part in Organization of African Unity and African Union summits since 1971, except for the 2002 summit in Durban, which he had been unable to attend for well-known reasons. |
Президент Арафат с 1971 года участвовал в работе Организации африканского единства, а затем во встречах на высшем уровне Африканского союза, за исключением Встречи на высшем уровне в Дурбане в 2002 году, в которой он не смог принять участие по хорошо известным причинам. |
It is my delegation's fervent hope that Mr. Rabin's martyrdom will inspire all sides in the Middle East conflict to redouble their efforts to achieve the peace of which Mr. Rabin, Mr. Peres and Mr. Arafat have been the chief architects. |
Моя делегация искренне надеется, что мученическая гибель г-на Рабина побудит все стороны ближневосточного конфликта удвоить свои усилия ради достижения мира, главными архитекторами которого являются г-н Рабин, г-н Перес и г-н Арафат. |
Indeed, the world witnessed a new beginning when Chairman Arafat and Prime Minister Rabin shook hands on the South Lawn of the White House in Washington on 13 September 1993, signifying the first step in a five-year plan for a permanent solution to the Middle East conflict. |
И действительно, мир стал свидетелем нового начала, когда 13 сентября 1993 года председатель Арафат и премьер-министр Рабин пожали друг другу руки на южном газоне Белого дома в Вашингтоне, что символизировало первый шаг на пути осуществления пятилетнего плана окончательного урегулирования конфликта на Ближнем Востоке. |
Chairman Arafat, however, has been unwilling to embrace the reality of peace and recognize that the conflict is over and that the only path to peace and security is through negotiation and compromise. |
Однако Председатель Арафат не желает осознавать реальную необходимость установления мира и признать, что конфликт закончился и что единственным путем к обеспечению мира и безопасности являются переговоры и компромисс. |
By his statement and his pattern of action - or, more precisely, his inaction - Mr. Arafat is reinforcing his reputation as an unworthy and unreliable leader who is leading his people to yet another catastrophe. |
Этим своим заявлением и своими действиями - или, точнее, своим бездействием - г-н Арафат укрепляет свою репутацию недостойного и ненадежного лидера, который ведет свой народ к новой катастрофе. |
He has left behind him our young people: stronger fighters and strugglers who will, with great perseverance and determination, continue to pursue the aspirations for which our courageous leader, President Arafat, struggled. |
Он оставил после себя нашу молодежь: более сильных бойцов и борцов, которые с еще большей стойкостью и решительностью будут продолжать претворять в жизнь чаяния, за которые боролся наш храбрый лидер Ясир Арафат. |
President Arafat had thanked the participants and invited them to join the Bethlehem celebrations, which, he hoped, would confirm the reconciliation of all the peoples of the region. |
Президент Арафат поблагодарил всех участников и пригласил их приехать на торжества в Вифлееме, которые, как он надеется, будут символизировать собой примирение всех народов этого региона. |
The Government and the people of Zambia, will remember Mr. Arafat as an icon of the struggle for freedom for his people. |
В памяти правительства и народа Замбии г-н Арафат останется символом борьбы за свободу своего народа. |
Like, before them, Sadat and Begin, Rabin and Arafat! |
Подобно тому, как это делали их предшественники, Садат и Бегин, Рабин и Арафат! |
The outgoing leadership generation - that of Arafat, King Hussein or Hafiz al-Assad, King Fahd and President Mubarak - was born before 1935 and has determined events in the Middle East since the 1970's. |
Уходящее поколение руководителей - это Арафат, король Хуссейн или Хафиз аль-Ассад, король Фахд и президент Мубарак - было рождено до 1935 г. и оказывало влияние на события на Ближнем Востоке с 1970-х гг. |
Mr. Arafat, who spoke with considerable bitterness, also accused Prime Minister Benjamin Netanyahu of creating fertile ground for fundamentalism. (Ha'aretz, 22 February) |
Г-н Арафат, говоривший со значительной долей досады, обвинил также премьер-министра Биньямина Нетаньяху в создании благоприятных условий для фундаментализма. ("Гаарец", 22 февраля) |